Этлау

(инквизитор Этлау, отец Этлау, экзекутор Этлау)
Человек, житель Эвиала. Будучи младшим сыном в небогатой многодетной семье, Этлау  не мог рассчитывать даже на небольшое наследство, потому уже в юности сделал ставку на карьеру в рядах инквизиции. Невысокий бледный юноша стал послушником, а потом младшим инквизитором.
Фанатично веруя, что путем принуждения можно насадить образ жизни проповедуемый церковью, молодой инквизитор ни к кому не знал пощады, охотно участвовал в публичных экзекуциях и казнях. Послужной список Этлау был велик и разнообразен. Он проповедовал язычникам в Замекампье, несколько лет служил экзекутором в Салладоре. За проявленное рвение Этлау был замечен высшими чинами инквизиции и зарекомендовал себя как хороший исполнитель. Вскоре ему стали доверять руководство выездными отрядами инквизиции, боровшимися с неупокоенностью сельских кладбищ. Молодой экзекутор быстро научился держать в повиновении толпу, а окрика его скрипучего голоса побаивались даже бывалые воины инквизиции. Однако отсутствие протекции, излишняя бескомпромиссность и фанатизм, а также буйность нрава задерживали продвижение Этлау по службе, хотя экзекутор не щадил ни себя ни подчиненных. Он не боялся лезть в самые безнадежные схватки, в одной из них потерял глаз. Однако, несмотря ни на что, к сорока годам Этлау дослужился лишь до экзекутора третьего ранга.
Осенью 1498 в Семиградье, в деревне Большие Комары, преподобный столкнулся с начинающим некромантом Фессом. Упокоение кладбищ без покаяния окрестных жителей во всевозможных грехах противоречило взглядам церкви на причины возникновения неупокоенности. Усмотрев в способности некроманта упокаивать кладбища без применения репрессивных мер к жителям, экзекутор счел его деятельность богопротивной и запретил магу работать на местном кладбище. Преподобный заявил, что инквизиция не нуждается в помощи некроманта.
Этлау казнил крестьянина и крестьянку, обвинив их в прелюбодеянии, и заявил, что кладбище разупокоилось в результате содеянного ими греха. Высвобожденную во время казни некромагическую энергию и энергию жизнеистечения, он использовал для упокоения кладбища.
Наблюдавший за его действиями Фесс заметил, что инквизитор черпал магическую силу крайне неумело. Маг понял, что эффект от заклинаний будет недолгим, а последствия разупокоения окажутся крайне трагичными. Не выдержав, некромант использовал часть бесполезно утекающей силы, для окончательного упокоения кладбища.
Несанкционированные действия некроманта разъярили инквизитора. Фесс и его спутники вынуждены были спасаться бегством.
Позже, разыскав Фесса, Этлау настоятельно советовал тому уехать в края, где влияние церкви не так сильно, однако некромант не послушал святого отца и остался в Семиградье.
Судьба вновь свела некроманта и инквизитора в Арвесте, во время нападения воинов Клешней. Оба они самоотверженно сражались, защищая мирных жителей. Когда вызванный заклятием Атлики катаклизм уничтожил город, Этлау погиб, но был воскрешен (как он сам полагал) Спасителем. С этих пор святой отец обрел небывалые магические силы.
Во время воскрешения Спаситель даровал Этлау секрет создания сильного негатора магииАртефакты, подавляющие магию, были созданы магами церкви Спасителя еще в XIII веке, однако они были настолько слабы, что их существование тщательно скрывали от магов Ордоса и Волшебного двора, используя только против колдунов-самоучек.
Воскреснув, Этлау стал живой легендой и быстро пошел вверх по служебной лестнице. Не прошло и года, как он дослужился до экзекутора первого ранга с особыми полномочиями. Многие считали его Мессией последнего дня. Тем не менее, часть церковной верхушки не доверяла удивительным способностям нового мессии и подозревала, что он не кто иной, как будущий Отступник — фигура, предсказанная самыми тайными из пророчеств церкви. Однако силы и авторитет Этлау среди рядовых служителей были таковы, что никто не смел ему возразить. Курия шла навстречу всем его начинаниям. Экзекутору давали войска и даже – секретное оружие церкви, воинов Бреннера.
Свои уникальные магические силы инквизитор продемонстрировал в деревне Кривой Ручей, куда Саттарская ведьма, находясь под влиянием плененных в Западной Тьме Брандейцев, призвала множество кровожадных демонов. Одумавшись, ведьма кинулась спасать односельчан, но было поздно — эта задача была ей не по плечу.
Маг воздуха Джайлз Эбенезер, Фесс и сама Саттарская ведьма втроем пытались справиться с последствиями её заклинания. Они уничтожили часть демонов, но силы были слишком неравны.
Явившийся в село, Этлау легко развеял всю оставшуюся нежить и устроил публичную казнь ведьмы, а заодно некроманта и его спутников. Тут Фесс впервые почувствовал  на себе действие негатора, однако с помощью Масок ему удалось нейтрализовать его и спасти себя и друзей.
Появление артефактов, эффективно подавляющих магию, позволило служителям церкви перейти в наступление против магов. Первым их решительным ходом была казнь Джайлза Эбенезера в которой Этлау принял деятельное участие.
Пользуясь фанатичностью экзекутора, воскресившие его Сущности вертели им как могли, однако ревностно верующий Этлау считал свои новые возможности помощью исключительно Спасителя и мог осознанно пользоваться только Его силой. Инквизитор свято верил, что Фесс в скорейшем времени воплотится в Разрушителя и стремился любыми способами уничтожить некроманта. Неадекватность поведения инквизитора усиливала недоверие руководства церкви. Многие иерархи боялись Этлау, но среди священников среднего и низшего звена большинство все еще боготворило его и считало избранным, хотя и тут находились утверждавшие, что Этлау предался Тьме. Таким образом, в церкви назревал раскол, а Этлау пока позволяли охотиться на неугодного церкви некроманта.
Некромант и инквизитор еще не раз сталкивались в магических поединках, и каждый раз оказывалось, что Этлау обрел новые небывалые силы.
Одна из самый мощных стычек произошла в Салладоре, около древнего некрополя. Последний поединок инквизитора с некромантом произошел во время штурма Чёрной Башни. В ходе штурма выявилось, что Этлау подпитывают внешние силы. Это стало очевидно не только Фессу, но и руководителям ордосских магов — Анэто и Мегане, участвовавшим в штурме.
Как Фесс, так и маги решили, что Этлау — тоже претендент в Разрушители. Анэто и Мегана держали свои выводы в тайне, поделившись лишь с узким кругом соратников.
Когда башня была разрушена, а некромант бежал, Этлау преследовал его вместе с войсками и магами. Добравшись до Пика Судеб и потеряв след Фесса, Анэто и Мегана, под видом помощи экзекутору в поисках «Разрушителя», объединили в кольцо восемь ордосских магов и применили к Этлау мощнейшее заклятие, долженствующее уничтожить его и одновременно выявить силы, помогавшие святому отцу. К удивлению магов заклятие не смогло повредить экзекутору, он, казалось, даже не заметил никакой угрозы и поделился силами с истощённой колдовством Меганой.
Камень, на котором Анэто магическим способом записал заклятия, защищавшие Этлау, показал, что помимо Спасителя инквизитора защищают Западная Тьма и неизвестная эвиальским магам сила.
Убедившись в сотрудничестве Этлау с Западной Тьмой, Анэто и Мегана окончательно уверились в том, что он потенциальный Разрушитель и уже тайно обсуждали возможность нового покушения на экзекутора с ещё большими силами. Они начали тайно созывать магов, способных добраться до Пика Судеб тонкими путями. Молодые предельщики, ученики Анэто, день и ночь трудились над разработкой нового мощного заклятия, а почти две сотни новоприбывших магов прятались неподалеку.
Пообещав экзекутору перемещение к месту нахождения Разрушителя, маги полагали при помощи сложного, тонко сбалансированного заклятия разъять саму душу преподобного и тем самым уничтожить его. Однако заклятие вызвало появление защитного кокона вокруг Этлау. Приведенная в действие гигантская мощь стихийных сил Эвиала не смогла разрушить его защиту. Управлявший заклятием Анэто впал в глубокий транс и почувствовал приближающуюся к Эвиалу бестелесную сущность Спасителя и яростные удары пытающейся вырваться на волю Западной Тьмы. Маг ощутил несоизмеримость сил могучих Сущностей и смертных магов, понял всю тщетность их усилий и тут силы его иссякли и он потерял сознание. Защитный кокон лопнул, а экзекутор вновь даже не понял, что ему грозила опасность.
Маги унесли бесчувственного Анэто, а Этлау, не замечая холода и ветра, остался на скалах молиться о даровании победы над Разрушителем. Ненадолго очнувшись от беспамятства, Анэто убеждал магов уничтожить Этлау, который более не являлся человеком.
Этлау тем временем встретил Мегану и стал уговаривать ее повторить попытку взойти на тонкие пути и настичь Разрушителя. Мегана постаралась поддержать заблуждение отца экзекутора о неудавшемся заклятии перемещения и, «поддавшись» его настояниям, пообещала повторить попытку на следующий день. В отчаянии она решила покончить с Этлау простым и грязным способом. Волшебница наняла одного из своих магов, Мерона, бывшего  разбойника, для того, чтобы он помог убить экзекутора при помощи холодного оружия. Заманив инквизитора в тихий угол лагеря, Мегана воткнула нож ему в грудь а подоспевший Мерон отсек экзекутору голову. Однако Этлау восстал из мертвых. Вернув на место отрубленную голову, он осенил знаком спасителя Мерона, после чего тому разорвало грудную клетку и глаза. Инквизитор лишил чувств Мегану и, воспользовавшись заклятием, унес ее в монастырь, расположенный на Кинте Дальнем.
Израненный экзекутор вернулся лагерь, сменил плащ и замотал шею шарфом. Он предстал перед бесчувственным Анэто, которого окружали соратники. «Встань и иди!» – промолвил он, но маги, возмущенные бесцеремонностью инквизитора, вступились за больного. Они атаковали Этлау стихийной магией. Земля разверзлась под ногами экзекутора, и тот погрузился по пояс в хлябь, которой стали твердые камни. Плащ его распахнулся и маги узрели страшные раны. Сердце преподобного явно было пронзено, но он и не собирался умирать. Казалось, экзекутор не понимает, почему силы покинули его, однако и того, что осталось было достаточно для противостояния заклятиям сильнейших магов Ордоса. Этлау смог выбраться из каменного плена. Свелен запустил в него молнию, но та, оплетя инквизитора, быстро угасла. Едва живой Этлау все же сумел отразить нацеленные в него заклятия и пустился наутек.
Вслед инквизитору неслись заклятия – сбежались все бывшие неподалеку маги. Но и каменные големы, и клинки, и молнии оставляли на нем лишь едва заметные царапины. Даже одежда его, едва загоревшись, тут же угасала.
Когда за преподобного вступились его соратники-инквизиторы, маги вмиг уничтожили их стихийными заклятиями, так как те отнюдь не обладали неуязвимостью. Этлау же удалось скрыться.
В один миг соратники Анэто превратились в отверженных противников церкви Спасителя.
Отыскать след скрывшегося в неизвестном направлении Этлау не удалось ни магическими ни обычными способами.
Ожив очередной раз, Этлау смог почувствовать неладное. Если после воскрешения в Арвесте он был твердо убежден в том, что обязан этим исключительно Спасителю, то в этот раз он, имея больший опыт в магии, смог ощутить присутствие иной силы. Мучимый сомнениями, Этлау молился и просил Спасителя защитить его от тенет Тьмы, но тот не отозвался. Осознав вмешательство в его действия внешних сил, Этлау смог отторгнуть это влияние. Освободив свой разум от контроля, он стал вспоминать свои действия и понял, являлся марионеткой. Инквизитор усмотрел в своих действих влияние Западной Тьмы.
Тогда при помощи магии экзекутор заманил некроманта Фесса в подземелья Аркина, чтобы поговорить с ним без свидетелей и попытаться узнать у него: верны ли его сомнения.
Его затея удалась — Фесс поверил инквизитору и при помощи магии Долины рискнул попробовать прочесть память преподобного. Заклятие Фесса неожиданно дало побочный эффект – память некроманта оказалась также доступна Этлау. Таким образом, у святого отца не осталось сомнений в том, что Фесс не является Разрушителем и врагом его мира. Некромант и инквизитор из врагов превратились в соратников.
В момент последнего воскрешения Этлау узнал многое о Спасителе и взглянул на его грядущий приход иначе. Он перестал желать Второго пришествия и сделался Отступником.
Заклятие Фесса  было замечено магами Аркина. У иерархов церкви пропали сомнения в том, что отныне Этлау — предсказанный некогда Отступник. Бывший экзекутор был арестован, его обвинили в ереси и споспешествованию Тьме. Теперь аркинская курия была едина во мнении – инквизитор вступил в сговор с мятежником-некромантом и тем подтвердил все подозрения.
Преподобный был объявлен еретиком, лишен сана и отлучен от церкви. Фесс и сопровождавшая его Аэсоннэ также попали в плен.
Пленение не продлилось долго, так как начался штурм Аркина флотом империи Клешней, а несколько позже — Птенцами Эвенгара Салладорского. Освобожденные Этлау и Фесс встали на защиту города. Уничтожив большую часть галер вражеского флота они переключились на Птенцов. Однако вскоре явился сам Эвенгар. Этлау, Фесс и присоединившаяся к ним Аэсоннэ последовали за Салладорцем, собиравшимся извлечь из тайника мощный артефакт Аркинский Ключ. В ходе схватки в подземелье Фесс смог выхватить у исчезающего через портал Салладорца половину разъемного Ключа, а Эвенгар применил заклятие, вызвавшее прорыв Тьмы, уничтоживший всех, находящихся в Аркине и окрестностях. В живых остались лишь оберегаемые Западной тьмой Отступник и Некромант, а также имеющая иммунитет к враждебной магии драконица.
Повсеместно разупокаивались трупы, как только что погибшие, так и находившиеся в давних захоронениях. Этлау упокаивал их простым благословением. Отлучение от церкви не сказалось на его способностях к Святой магии. Не дожидаясь появления Тварей Тьмы, некромант и инквизитор полетели на Аэсоннэ к Пику Судеб, чтобы просить помощи у драконов через живущего там дракона Сфайрата. Отступник был допущен к Кристаллу Сфайрата. Он стал вторым человеком за историю Эвиала, узревшим уникальный артефакт.
Привыкший распоряжаться инквизитор сразу взял инициативу в свои руки. Он первым высказал вслух мысль Фесса о том, что нужно собрать вместе всех драконов Эвиала и вместе с ними атаковать Западную Тьму.
После короткой схватки с незнакомцем, пытавшимся похитить половину Аркинского Ключа, драконы и Фесс отправились на переговоры с Тёмной шестеркой, стараясь заручиться их помощью, а Этлау остался в пещере. Вернувшись, драконы застали Этлау в крайне возбужденном состоянии. Отступник почувствовал приближение Спасителя к миру и ударился в панику. Драконы и Фесс едва успокоили экзекутора. Придя в себя, он почувствовал действие заклятия Вейде и посоветовал некроманту посмотреть на недавно погребенных в подземельях Пика Судеб погибших друзей. Разупокоение Рыси удивило и испугало всех присутствующих. Экзекутор собирался упокоить ее благословением, но Фесс воспротивился этому, ощущая что она не обычный зомби.
Вскоре драконы и их спутники отправились на Утонувший Краб, где, как они узнали, находилось уязвимое место Западной Тьмы. На Утонувшем Крабе они встретили соратников — отряд орков, приведенных на Краб Кларой Хюммель. Во время битвы на Утонувшем Крабе начался катаклизм, вызванный пришествием Спасителя. Этлау был надолго деморализован зрелищем нисхождения Спасителя в Эвиал, но когда Анэто и Мегана смогли ценой собственной жизни ослабить и задержать Спасителя, бывший инквизитор почувствовал это и понял, что Спаситель перестал быть неуязвимым. Он лихорадочно пытался понять, что не дает Спасителю ступить на землю Эвиала. Бывший экзекутор искал, что может ослабить или остановить неумолимо приближающуюся Сущность.
Вместе с Кларой Этлау пришел к выводу, что Спаситель не может вступить на землю Эвиала пока Западная Тьма не вырвется на свободу. Однако Аркинский Ключ остался не использованным и Скрижали Спасителя продолжали сдерживать Западную Тьму. Бывший инквизитор понимал — Спаситель пытается использовать иное средство. Поднимая мертвых, он заставляет свою паству, верящую в Спасение, в ужасе молить Его о приходе.
Наконец бывший инквизитор нашел выход. Пользуясь дарованными ему знаниями, он решил сотворить сложное некромагическое заклятие. Отступник взял выпавший из рук погибшего Игнациуса могущественный артефакт, черп нерожденного сына Спасителя и попросил орков найти для него нашейный символ Спасителя. Пока Этлау готовил заклятие, орки и команда Клары прикрывали его от зомби посланных хозяевами Краба. К тому времени Спаситель собрался с силами, барьеры Тьмы, подточенные всеобщим ужасом верующих, рухнули, Тьма, хлынула на земли Эвиала и тут же Спаситель приблизился к земле. Экзекутор вычертил сложную магическую фигуру и положил в ее фокус череп нерожденного младенца. Все это время Этлау копил в себе некромагические силы, выделявшиеся при гибели прикрывавших его от атакующих зомби орков. Подобрав оброненный кем-то нож, Отступник рассек им правую руку и окропил кровью череп. После этого он  положил окровавленную руку на череп и корчась от боли, отдал все силы заклятию. Череп догорел  дотла.
Умирая, Этлау произнес только «ну вот и все».
Заклятие ударило по Спасителю, который прекратил приближаться, согнулся, словно раненый человек, и закричал. Последнее заклятие Этлау лишило его неуязвимости, а дальнейшие действия защитников мира вынудили Сущность отказаться от Эвиала.